Викинги – люди саги. Жизнь и нравы - Страница 97

После заключения контракта помолвка (обручение) считалась нерасторжимой, так что иногда помолвленные укладывались в общую постель, т. е. брак рассматривался как состоявшийся. Однако чаще всего дело завершалось широкой свадьбой. Нарушение контракта считалось очень серьезным правонарушением и сурово осуждалось обществом.

Невесте также полагалось сделать подарок будущему мужу. По обычаю таким подарком жениху от просватанной за него девушки была собственноручно сшитая ею для него рубашка. Отголосок этого обычая сохранился в средневековой балладе «Возлюбленная Асбьёрна».

Выйти замуж без согласия и благословения родителей, семьи, как уже упоминалось, считалось неприличным и, как полагали, не сулило семейного благополучия. В «Саге о Ньяле», где больше места, чем в любой иной саге, отведено браку, с осуждением говорится о женщине, которая «вышла замуж, не посоветовавшись ни с кем из своих родных» (гл. XXV).

Но иногда желания и согласия родителей было недостаточно для заключения брака. Помолвка могла не состояться при отказе невесты. Выше уже говорилось о том, что невесты, особенно богатые и пользующиеся успехом, придирчиво изучали, насколько честолюбив и мужествен каждый претендент на их руку, достаточно ли благороден его род, и вообще были очень разборчивыми, если не сказать капризными. Одну из таких девушек в обществе называли «очень разборчивой» невестой, поскольку она не приняла «ни одно из предложений» выйти замуж (гл. III). Флоси, у которого сватали его племянницу Хильдигунн, а она не пожелала выходить за этого жениха, сказал ей: «Достаточно того, что ты не хочешь выходить за него замуж. Тогда я не буду пускаться с ними (т. е. сватами. — А.С.) в разговоры и откажу им» (гл. XCVII). Так бывало, когда девушка обладала решительным характером, а отец баловал ее. В некоторых случаях было известно, что «он [отец] не решает за свою дочь» (курсив мой. — А.С.).

Итак, любящие отцы или опекуны обычно советовались с дочерьми при выборе им супруга. В противном случае девушки выражали недовольство и гнев, даже грубили старшим. Иногда они в конце концов подчинялись воле семьи, но часто, как показывают саги, такой брак бывал несчастливым и нередко плохо заканчивался. Очевидно, что проводимая сагами идея о необходимости считаться с желаниями девушки, выдавая ее замуж, показывает, что, хотя по всем законам она была подчинена отцу, а затем мужу, эта зависимость не была абсолютной и в каких-то важных случаях она могла настоять на своей воле. Но неясно, насколько это было новым явлением в системе заключения брака.

Ниже приведены некоторые факты, которые свидетельствуют о той силе характера, упорстве и даже коварстве, которые могли проявлять женщины при решении своей судьбы как до, так и после брака. В той же «Саге о Ньяле» прекрасно показано, к каким последствиям порой приводило замужество девушки против ее воли, особенно при ее нелегком характере (гл. IX–XII, XVII). Сага явно не одобряет и поведение мужчины, берущего замуж капризницу, да еще вопреки ее желанию.

У Освивра, уже нам знакомого, был сын по имени Торвальд, богатый, сильный, учтивый, но «горячего нрава». Однажды они с отцом заговорили о том, «где бы сыскать жену» Торвальду. Освивр предположил, что недурно было бы ему посвататься к дочери состоятельного и именитого Хёскульда (известного по «Саге о людях из Лососьей Долины»). Как оказалось, отец дал сыну дурной совет. Девушку звали Халльгерд Длинноногая. Это была очень красивая девушка, высокого роста, «с волосами настолько длинными, что они могли закрыть ее всю. Но нрава она была вспыльчивого и тяжелого». Ее воспитателем был вздорный и наглый Тьодольв, сильный и искусный боец, убивший многих людей, но «ни за кого не заплативший виры», т. е. демонстративно не соблюдавший законы. Народ говорил, что «не ему бы исправлять нрав Халльгерд», что он только усугубил ее дурной характер и, как будет видно впоследствии, сыграл в ее жизни роковую роль.

Но вернемся к сватовству Торвальда. Отец все же предупредил его о том, что, по словам людей, у девушки плохой характер; но молодой человек загорелся идеей брака с Халльгерд Длинноногой («Все равно меня не отговоришь»), и отец был вынужден согласиться («тебе с ней жить»). Хёскульд хорошо принял Освивра и Торвальда, но был с ними честен: «Мне все о вас известно, но я не хочу обманывать вас: нрав у моей дочки тяжелый». Торвальд и ему ответил, что это не удержит его от сговора, и попросил Хёскульда поставить свои условия. Тот поспешил согласиться, помолвка состоялась, и сваты отбыли. Когда Халльгерд узнала о сговоре, она расценила действия отца как желание выдать ее замуж поспешно, «за первого встречного». И сказала ему, что он вовсе не любит ее так крепко, как говорит, раз не счел нужным даже пригласить ее на собственную помолвку.

Как обычно, свадьба представляла собой пышный праздник, пир. Жениха сопровождали дружки. Обе стороны созвали гостей, которых собралось до 120 человек. Обе семьи обменивались дарами. Провожая гостей, одаривали и их. Невеста выглядела веселой и была приветлива с Торвальдом, но Освивру ее смех не понравился.

Жизнь молодых не сложилась. Жена больше общалась со своим воспитателем, которого привезла с собой в дом мужа, и почти не разговаривала с самим Торвальдом. Она оказалась очень жадной и бесхозяйственной, так что в доме даже не стало хватать съестных припасов. В конце концов по ее вине произошла ссора с мужем, и в ответ на ее очередную грубость тот ударил ее по лицу так, что пошла кровь. И тогда в первый же удобный момент воспитатель Тьодольв убил Торвальда секирой. Освивр после ряда переговоров получил за сына хорошую виру в две сотни серебра, поделил с родичами Халльгерд имущество бывших супругов, и Халльгерд, став еще богаче, возвратилась к отцу вместе со своим воспитателем.