Викинги – люди саги. Жизнь и нравы - Страница 208

208

Батраки, судя по «Саге о Названых Братьях», нанимались согласно контракту — за «кошт на полугодие», т. е. прежде всего за пропитание. Но работали и за оплату. Так, пастух овец Бранд «жил на кошт» хозяина Торстейна Борова, а его отец, который пас коров у другого хозяина, получал плату за работу. Его обвиняли в том, что он воровал сено с выгона для своей родственницы, державшей корову и подсобное хозяйство. Хозяин Вермунд выгнал пастуха, а Бранд, когда узнал о случившемся, убил Вермунда в его собственном доме секирой; после этого брат Вермунда убил Бранда, но не тронул его отца, который постился и молился о сыне.

Хозяева далеко не всегда платили своим наймитам вовремя и по справедливости. Так, Торбьёрн Бычья Сила, которого «не считали покладистым человеком», никому не платил за работу, поэтому у него никто не хотел работать («Сага о Греттире», гл. XXX).

Подряжались работать на определенное время года, как об этом говорится в «Саге о Храфнкеле годи Фрейра» (гл. IV, V), где есть и данные о характере работы, и об ее оплате. Уже знакомый нам Эйнар, племянник богатого Бьярни и сын бонда «с малым достатком и многочисленной семьей», должен был наняться в работники: ведь у его отца в доме были «бедность и нищета», так что наемный труд в будущем являлся и участью его остальных, подрастающих братьев. Дело было перед началом лета, что «для найма поздно», однако Эйнару удалось подрядиться к Храфнкелю за харчи на целый год. Он должен был пасти овец на летнем пастбище и собирать хворост на топливо. Однажды, когда Эйнару пришлось искать потерявшихся овец, он решился сесть на любимого коня хозяина. Между тем Храфнкель в свое время поклялся, что убьет каждого, кто посмеет это сделать. И он убил Эйнара.

В Старшем изводе Вестгёталага «законными днями» найма работников названы Пасха и День св. Михаила (28/29 сентября). Заключался договор. Однако право господина на труд работника вступало в силу лишь после того, как тот сядет за хозяйский стол (за трапезу). После этого он мог доказать, что не нанялся к данному хозяину на работу, лишь с помощью 12 свидетелей. Если же у него не было свидетелей, то, отказавшись работать, он должен был заплатить штраф хозяину в размере обещанной ему оплаты и «сверх этого 16 эртугов три раза», что было весьма значительной суммой. Если наем проходил без осложнений, работник получал право «на вечернюю и дневную трапезу». «Бонд должен потерять столько же, если он выгонит батрака из своего дома и из-за своего стола».

Спать же батраки могли и в конюшне, примеры этого есть выше. Вероятно, хозяева предпочитали холостых наемных работников. «Человек по имени Паль» из Срединной Долины служил у священника и «был хорошим работником… С ним вместе жила женщина по имени Йорейд», 16 лет от роду, дочь Хромунда, т. е. не бродяжка. Не исключено, что она работала у того же хозяина и похоже, что, хотя хозяин был служителем Божьим, не состояла с сожителем в законном браке.

Работники, конечно, старались наняться на год. Но это относилось только к тем, кто жил исключительно наемным трудом. Были и другие наймиты, которые стремились не связывать себя постоянной работой. Например, в «Саге о Херде и островитянах» в работники нанимался «человек по имени Торольв, по прозванию Скворец, сноровистый и отнюдь не бедняк, беспечный и веселый, неумный и напористый» (какова характеристика! — А.С.). А «независимый», удалой Хельги не желал связывать себя контрактом. Вероятно, больше всего ценились именно постоянные работники, которые противопоставляются в сагах тем, кто нанялся на время. Когда Торстейн из «Саги о людях из Лососьей Долины» после Пасхи поехал на выгон, его сопровождали «живший у него работник» и «еще два [наемных работника]». Возможно, первый был его рабом или вольноотпущенником, скорее всего, категории работников различались и по отношению к ним хозяев, и по своему положению в доме.

В сагах встречаются персонажи, для которых труд по найму вообще был только вспомогательной работой. Например, для тех, кого хозяева нанимали на зиму стеречь (до весны) корабль. Или для некоего коробейника Торарина: «Летом он нанимался за плату, а зимой не работал и ходил со своим товаром». Или: у одного хёвдинга было «много сенокосцев». Они косили вдали от дома, приезжали на покос верхом, т. е. имели своих лошадей. Не исключено, что эти сенокосцы были сезонными работниками («Сага об исландцах», гл. 69).

Правовое положение наймита коренным образом отличалось от статуса раба и даже вольноотпущенника. В принципе он был таким же свободным человеком, как его хозяин, например, именно таким был убитый Эйнар. Но нередко младший сын бонда, даже состоятельного, поступал на службу к другому бонду или господину в качестве охранника-хусмана или батрака, на рабочий сезон или на год, чтобы подработать и набраться опыта.

В областных законах предусматривается наказание за переманивание работника. Но неприятности такого рода случались и раньше, из-за них разгоралась вражда между хозяевами, приводившая и к убийствам. Так, у одного хозяина был дренг, который плохо работал и дерзил хозяину. Тот побил работника. Тогда дренг убежал к другому хозяину — Атли, где хорошо работал. Прежний хозяин затребовал дренга назад, но Атли ответил, что против воли наймита он его не выдаст. Тогда «законный» хозяин убил Атли («Сага о Греттире», гл. XLV).

Входя в домохозяйство владельца гарда, работник хотя и обладал полноправием, но временно терял его часть, поскольку поступал под покровительство нанимателя. Интересно, что и рабы, и свободные работники не были безразличны к статусу своего хозяина: его богатство и знатность возвышали его слуг в собственных глазах и, как им не без оснований казалось, в глазах других людей. Показателен в этом смысле эпизод, произошедший с конюхом Тордом, о котором рассказывается в «Саге о Торстейне Битом». «Торд был очень задирист и всем давал почувствовать, что он работник у большого человека», поэтому он позволил себе избить некоего хозяина-бонда, т. е. человека, имеющего явно более высокий социальный статус, рассчитывая на свою безнаказанность (гл. 1).

208